Грузия несколько раз символично прозвучала в судьбе Высоцкого. Он справил свадьбу с Мариной Влади в Тбилиси. В течение почти десяти лет, начиная с 1969-го, отправлялся с Мариной в круизы по Черному морю на теплоходах «Грузия», «Аджария», «Шота Руставели». Нередко приезжал в Грузию просто погостить у друзей – на улицах Барнова, Бахтрионской, Черкезишвили. С 1975 по 1980 годы жил в Москве по адресу: Малая Грузинская, дом 28, квартира 30. Наконец, на церемонии прощания с Высоцким в театре на Таганке был вывешен портрет работы известного тбилисского фотохудожника Александра Саакова. В песнях Высоцкого грузинских мотивов, казалось бы, наперечет: «В Тбилиси – там все ясно, там тепло…», «Выпью – там такая чача…», «Мимо носа носят чачу, мимо рота – алычу…», «А у тебя самой-то, Зин, в семидесятом был грузин…», посвящение Михаилу Хергиани «К вершине»…

О том, что Грузия сыграла огромную роль в жизни многих великих представителей русской культуры, знают все. Но если говорить о встречах, не просто удивительных, а о тех, что называют судьбоносными, то вряд ли столица этой страны подарила их кому-нибудь больше, чем девятнадцатилетнему парнишке, полуголодным вышедшему из бакинского поезда в начале 1892 года. Более того, даже комната, в которой Тифлис приютил приезжего на углу Саперной и Водовозной улиц (ныне – Табукашвили и Броссе), оказалась в символическом месте. Хоть и подвальная, зато прямо напротив «тылы» Казенного театра, того самого, который сегодня тбилисцы зовут просто Оперой. И символичность в том, что из нищеты и безвестности парень шагнул на сцену именно этого театра, а с нее – к всемирной славе. Из тифлисских стен и садов певец-неудачник Федя уехал басом-профессионалом Федором Ивановичем Шаляпиным.

Граф Соллогуб попал на Кавказ в зените славы, успеха художественного и коммерческого. Роскошно изданный тиражом 5000 экземпляров «Тарантас. Путевые впечатления» В. Белинский поставил на первое место среди новых книг в обзоре русской литературы 1845 года. О повести положительно отзывались Гоголь и Жуковский, в критике она оказалась в центре полемики западников и славянофилов. Два попутчика – мечтательный западник Иван Васильевич и прагматичный помещик Василий Иванович представляли две точки зрения на Россию – утопическую и реальную – заставляли спорить о позиции автора. Оказавшись в Тифлисе, В.А. Соллогуб служил с 1851-го по 1855-й гг., по Министерству внутренних дел в канцелярии Наместника Кавказа и губернатора кн. М.С. Воронцова. Здесь Соллогуб получает возможность реализовать такие ипостаси своей натуры, как организаторская и творческая, получает возможность воплощать смелые замыслы в жизнь.

Пушкин мечтал попасть на Кавказ с детских лет. Кто в те годы в России не слышал сказку о Бове-королевиче и его женитьбе на дочери грузинского царя Зензевия? Эта переводная сказка с «бродячим» сюжетом в XVIII веке приобрела характер русской народной сказки. Позднее, в лицейский период, Пушкин познакомился и сблизился с грузинами, проживавшими в Петербурге, общение с которыми способствовало первичному знакомству поэта с Грузией, получению сведений о ней, скорее всего, описанной красноречиво и с ностальгической ноткой… В окружении Пушкина было много потомков тех представителей грузинской аристократии, которые в силу сложившихся в Грузии ХѴІІ-ХVІІІ вв. политических событий, переселились в Россию… Разумеется, интерес к Кавказу формировался у Пушкина и под влиянием тех знакомых и друзей из круга декабристов, которые по разным причинам оказались «за хребтом Кавказа»: А.С. Грибоедов, А.И. Якубович, В.К. Кюхельбекер, Н.Н. Раевский, В.Д. Вольховский и другие. Одновременно важнейшим источником сведений о Кавказе и Южном Кавказе для Пушкина были книги, хранившиеся в его библиотеке и содержавшие интереснейшие сведения об истории и жизни народов Северного и Южного Кавказа…

«Евгений Примаков – один из ведущих российских востоковедов, крупный ученый в области мировой экономики и международных отношений, в частности, в сфере комплексной разработки вопросов внешней политики России, изучения теории и практики международных конфликтов и кризисов, исследования мирового цивилизационного процесса, глобальных проблем, социально-экономических и политических проблем развивающихся стран. Активный участник международного Пагуошского движения ученых, выступающих за мир, разоружение и международную безопасность, за предотвращение мировой термоядерной войны и научное сотрудничество…» …Конечно, Евгений Примаков получил глубокое, всестороннее образование… Но покажите мне институт или университет, где учат на государственного мужа. Таковых нет. Даже в знаменитом МГИМО учат на дипломатов более или менее высокого ранга, в зависимости от способностей, качеств ума и характера. Не учат на Пушкина, не учат на Моцарта, не учат на Талейрана и Дизраэли. Ими надо родиться. И еще – не зарыть талант в землю, не растерять, не растранжирить по пустякам дарованное тебе свыше. И тогда выдающаяся личность гарантированно заявит о себе. Как это сделал Евгений Примаков в качестве государственного мужа…

Евгений Евтушенко впервые приехал в Грузию еще в 1952 году, будучи тогда студентом Литературного института имени М. Горького. И был потрясен первой встречей с морем. От этого впечатления родилось очень эмоциональное, чувственное стихотворение «Море», в котором двадцатилетний поэт сравнивает встречу с морем с первой любовью. Поэтому не случайно спустя несколько лет влюбленный Евтушенко приедет со своей молодой женой, поэтом Беллой Ахмадулиной не куда-нибудь, а именно в Грузию… И уже в 1955 году в Тбилиси состоится его первый творческий вечер. Так что нет ничего удивительного в том, что грузинская тема появилась в творчестве Е. Евтушенко уже в начале его творческого пути, в 50-е годы. Ее «питательные ферменты» (по удачному определению профессора Лины Хихадзе) обогатили поэзию молодого художника слова, стимулировали развитие его таланта, поиск новых художественных решений. Тем более, что за этим поиском стоит многовековая традиция большой любви, тесного и плодотворного культурного взаимодействия двух народов, поэтического диалога…